Настройки отображения

Размер шрифта:
Цвета сайта:
Изображения

Настройки

Президент России — официальный сайт

Выступления и стенограммы   /

Стенографический отчёт о совещании по вопросам социально-экономического развития Приволжского федерального округа

14 мая 2009 года, Киров

Д.Медведев: Такова повестка дня. Я сейчас буду предоставлять слово всем желающим. Наверное, начнем мы всё‑таки с доклада Министра регионального развития. Виктор Фёдорович, пожалуйста, Вам слово. Доклад должен быть ёмкий и неутомительный. Пожалуйста.

В.Басаргин: Спасибо, Дмитрий Анатольевич.

Уважаемые коллеги! Приволжский федеральный округ, как уже было отмечено, имеет относительно прогрессивную структуру экономики, ориентирован на развитие обрабатывающих производств, которые формируют практически четверть валового регионального продукта. Здесь сосредоточена треть инновационно активных предприятий России и более 40 процентов российского экспорта технологий. Несмотря на негативное влияние последствий мирового финансового кризиса, округу в I квартале 2009 года удалось не допустить падения доходов населения, сохранить на уровне четырёх процентов рост производства в сельском хозяйстве, показать самые высокие среди федеральных округов (то есть 112,4 процента к аналогичному периоду прошлого года) темпы роста жилищного строительства, и доля убыточных предприятий здесь остаётся стабильно ниже среднероссийского уровня.

В то же время отмечается напряжённость на рынке труда, цифры здесь прозвучали. То есть с начала года доля безработных увеличилась в 1,8 раза, превысила 370 тысяч человек; объёмы промышленного производства снизились на 20 процентов, и по ряду направлений тоже снижение произошло выпуска продукции. И самое, может быть, серьёзное положение с падением инвестиций в основной капитал – оно было самым сильным среди всех федеральных округов, то есть более 23 процентов. Единственный субъект Приволжского округа, который сегодня сохранил объёмы инвестиций, даже в 4 раза их нарастил, – это Ульяновская область.

При этом кредитование реального сектора экономики по‑прежнему ведётся лишь Сбербанком России и отдельными региональными банками, что явно недостаточно для преодоления негативных тенденций, следствием которых стало сокращение доходов консолидированных бюджетов регионов округа. Хотя в марте 10 из 14 субъектов Федерации, входящих в округ, показали замедление темпов падения поступлений в бюджеты, в сравнении с первыми двумя месяцами 2009 года. По результатам нашего анализа, при сохранении этой тенденции Республика Марий Эл, Пермский край, Кировская, Самарская, Саратовская области могут столкнуться в 2009 году с проблемой финансирования текущих расходов.

Мы не должны менять наши знамёна, наши приоритеты. Мы должны создавать конкурентоспособную экономику, современную, инновационную экономику. Мы должны продолжать реализацию крупных инвестиционных проектов в такой, конечно, степени, в какой это сегодня возможно. Мы должны продолжать заниматься транспортной инфраструктурой. Мы должны заниматься освоением минерально-сырьевой базы, развивать энергетику, включая, естественно, и освоение ресурсосберегающих технологий. Мы должны заниматься поддержкой малого и среднего бизнеса.

В этих условиях важно, что антикризисная работа в Приволжском федеральном округе поставлена достаточно системно. Органы государственной власти субъектов Федерации, входящих в состав Приволжского федерального округа, видят основные проблемы развития и концентрируют усилия на их решении. Регионы на условиях софинансирования принимают активное участие практически во всех мероприятиях по линии федеральной поддержки, реализуют шаги в развитие этих мер. Так, всеми субъектами Федерации округа заключены соглашения с Федеральной службой по труду и занятости о выделении субсидий на реализацию региональных программ, направленных на снижение напряжённости на рынке труда. Общий объём финансирования программ субъектов Приволжского федерального округа – более 7 миллиардов рублей, в том числе из федерального бюджета – 6,5, то есть более 92 процентов общего объёма. В итоге региональными программами предусматривается охват более 390 тысяч человек, или 2,5 процента от численности экономически активного населения, при среднем по Российской Федерации – 1,8 процента.

Следует отметить опыт работы по поддержке реального сектора экономики. Льготы по налогу на прибыль организаций установлены в республиках Башкортостан, Марий Эл, Мордовия, Татарстан, Чувашской Республике, Нижегородской, Оренбургской, Самарской и Саратовской областях. Льготы по налогу на имущество организаций установлены во всех субъектах Федерации.

В целях поддержки бизнеса, прежде всего малого и среднего, в Республике Мордовия, Ульяновской области сохранены на уровне 2008 года ставки по земельному налогу, а также ставки рентной платы за земельные участки для юридических лиц. Во всех регионах Приволжского федерального округа обеспечены условия для выкупа субъектами малого предпринимательства арендуемых ими помещений. В Республике Татарстан разработан механизм стимулирования экономии энергоресурсов в бюджетном секторе. Органами власти Удмуртской Республики оказывается поддержка акционерному обществу (неразборчиво) путём увеличения возмещения затрат предприятия на уплату процентов по кредитам и лизинговым платежам с 1/2 до 2/3 ставки рефинансирования. Предпринимаются меры по преодолению технологической отсталости предприятий, что в посткризисный период позволит им занять устойчивую конкурентную позицию на рынке.

Для поддержки местных производителей бюджетами Пензенской, Нижегородской, Самарской и Саратовской областей предоставляются субсидии по кредитам на цели внедрения инновационных технологий в размере 2/3 ставки рефинансирования. В Республике Марий Эл в рамках государственной поддержки эффективных инновационных проектов оказана помощь в части субсидирования лизинговых платежей 35 предприятиям на сумму 176 миллионов рублей, открываются новые конкурентоспособные производства.

В Республике Татарстан введена в эксплуатацию первая очередь логистического комплекса строительной стоимостью свыше 100 миллионов долларов США, в Кировской области – это производство препаратов крови, то, что сегодня посетили, не имеющее аналогов в стране. В Республике Марий Эл введено в эксплуатацию НПО «Таврида-электрик» – одно из крупнейших в мире предприятий по производству высоковольтного вакуумно-коммутационного оборудования.

В то же время самостоятельно решить существующие проблемы субъектам Федерации, расположенным на территории Приволжского федерального округа, будет сложно. Необходима адресная федеральная поддержка, и она оказывается, причём в приоритетном порядке. Усилия государства сегодня сконцентрированы исходя из остроты существующих проблем. В число 295 системообразующих организаций вошло 41 предприятие, расположенное на территории округа, по 13 из них уже принято решение об оказании государственной поддержки. Даже с условиями критики акционерному обществу «Соллерс» (Ульяновская область) будет предоставлена государственная гарантия на сумму 5 миллиардов рублей. В отношении акционерного общества НПО «Сатурн» (Пермский край) принято решение о докапитализации в объёме 5,2 миллиарда рублей, субсидировании части процентной ставки в размере до полутора миллиардов рублей и о предоставлении госгарантий в объёме до 10 миллиардов рублей. Подготовлены предложения по увеличению ввозных таможенных пошлин на ассортимент продукции, производимой на акционерном обществе «Казаньоргсинтез».

Оказывается поддержка одной из ключевых отраслей федерального округа – автомобильной промышленности. Среди основных мер сегодня направление 20 миллиардов рублей на субсидии региональным бюджетам на закупку автотранспортных средств и коммунальной техники. Лимиты для субъектов Федерации Приволжского федерального округа составляют в целом по округу 4,3 миллиарда рублей. На текущей неделе начинается перечисление средств в регионы.

Отмечу, что почти 90 процентов заявок субъектов приходится на продукцию предприятий «ГАЗ» и «КамАЗ», то есть вся продукция будет реализована практически в Приволжском федеральном округе.

Планируется выделить 12,5 миллиарда рублей на бюджетные закупки федеральными органами исполнительной власти автомобильной техники, большинство наименований которой также производится на территории Приволжского округа. Принято решение о беспроцентной ссуде в 25 миллиардов рублей для акционерного общества «АвтоВАЗ», что позволит привлечь ему кредитов в объёме 90 миллиардов рублей. Будет осуществлено финансирование государственного заказа акционерного общества «КамАЗ» в объёме 4,8 миллиарда рублей.

Предусмотрены меры поддержки других отраслей, непосредственно связанные с Приволжским федеральным округом, такие как развитие аэродромов экспериментальной авиации, в том числе аэродрома Ульяновск-восточный, помощь агропромышленному, лесопромышленному комплексам, химической промышленности в части производства минеральных удобрений.

Продолжается поддержка строительной отрасли как отрасли мультипликатора. И важным инструментом является участие всех субъектов Федерации, входящих в Приволжский округ, в программе Фонда содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства. В рамках этих программ на проведение капитального ремонта многоквартирных домов и переселения граждан из аварийного жилья выделено 28,1 миллиарда рублей. За их счёт будет проведён ремонт в 14,2 тысячи домов в 415 муниципальных образованиях. Расселено более тысячи многоквартирных аварийных домов, в которых проживает свыше 25 тысяч человек.

В рамках подпрограммы модернизации объектов коммунальной инфраструктуры федеральной целевой программой «Жилище» в 2009 году Приволжскому округу предусмотрены субсидии из средств федерального бюджета в объёме 713 миллионов рублей. Пяти субъектам Российской Федерации Приволжского федерального округа будут выделены субсидии на обеспечение автомобильными дорогами новых микрорайонов массовой застройки общей суммой 700 миллионов рублей.

В рамках поддержки спроса на жилищном рынке осуществляется выделение государственных жилищных сертификатов и покупка жилья для отдельных категорий граждан, перед которыми государство имеет обязательства, и обеспечение жильём ветеранов Великой Отечественной войны, молодых семей, военнослужащих. На эти цели округу выделяются федеральные средства в размере почти 22 миллиарда рублей.

В рамках поддержки рынка ипотечного кредитования, объём которого в округе так же, как и в целом по стране, сократился по сравнению с I кварталом 2008 года почти в 6 раз – с 26 до 4,7 миллиардов рублей – агентство ипотечного жилищного кредитования с начала 2009 года уже выкупило у банков округа ипотечных жилищных кредитов на сумму 1,7 миллиарда рублей и предполагается выкупить ещё на сумму 8,7 миллиарда рублей. Эта мера способна вернуть на рынок ипотечного кредитования региональные банки.

На фоне снижения доступности кредитных ресурсов значимым инструментом развития продолжает оставаться Инвестиционный фонд Российской Федерации. Из 17 заявок по региональным инвестиционным проектам Приволжского федерального округа, поданных в 2008 году, пять получили одобрение правительственной комиссии по инвестиционным проектам. Их общая стоимость достигает 17 миллиардов рублей, в том числе с предоставлением 3 миллиардов рублей из средств Инвестиционного фонда. Они позволят создать 7,5 тысячи рабочих мест, в том числе 5,8 тысячи уже в 2009 году. В текущем году в Минрегион России подано восемь новых заявок, и мы предполагаем, что ещё из Приволжского федерального округа будут поданы заявки (127) на общую сумму 550 миллиардов, в том числе запрашиваемых из средств Инвестиционного фонда на сумму 80 миллиардов рублей.

Также в федеральном округе реализуется общегосударственный инвестиционный проект – «Комплекс нефтеперерабатывающих и нефтехимических заводов» в городе Нижнекамске с общим объёмом инвестиций в 130 миллиардов рублей, в том числе из средств Инвестфонда 16,5 миллиарда, что тоже позволит создать порядка 30 тысяч рабочих мест, в том числе 15,5 тысячи рабочих мест в этом году.

Мы считаем, что, учитывая прогрессивно сложившуюся структуру экономики, округ способен стать примером выхода из кризиса в качестве российского центра развития производства с высокой добавленной стоимостью. Столь масштабная задача требует объединения усилий и концентрации ресурсов всех уровней власти, бизнеса и финансового сектора, повышения системности работы. В этой связи, на наш взгляд, необходимо ускорить разработку стратегических документов развития территории, то есть стратегии социально-экономического развития Приволжского федерального округа до 2020 года, которая объединит все региональные проекты и обозначит единую линию развития округа, а также инвестиционной программы развития Приволжского федерального округа до 2020 года.

Практическая реализация этих документов позволит добиться целей определённых концепций долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации. Говоря об основных направлениях развития федерального округа, отмечу, что, по нашим оценкам, дальнейший рост его экономики в значительной степени будет зависеть от сбалансированного развития транспортной инфраструктуры, в том числе электроэнергетической, социальной и таможенно-логистической инфраструктуры, обеспечения экологической безопасности, включая надёжное питьевое водоснабжение. Важное значение имеет увеличение пропускной способности автомобильных магистралей, строительство новых мостовых переходов через Волгу, развитие международных транспортных коридоров в направлении европейских рынков, прямых выходов на Центральную Азию и Казахстан, а также реализация инфраструктурных инвестпроектов, включая проект «Белкомур». Важным направлением станет опережающее развитие отраслей новой экономики, увеличение генерирующих мощностей северной части округа и модернизация сетевого хозяйства в субъектах Федерации, расположенных на юге, для обеспечения развивающихся перспективных производств.

Чудовищно медленно исполняются принятые решения. Масса решений, которые принимаются, в том числе на федеральном уровне, потом исполняются месяцами, касается ли то государственных заказов, касается ли то государственного оборонного заказа, что особенно тяжело и трудно. Это повод для того, чтобы подумать об исполнительской дисциплине в самом широком смысле этого слова и использовать самые строгие методы для этого.

С учётом кризисных явлений уже в краткосрочной перспективе необходимо смещение акцента на поддержку видов деятельности, имеющих большой потенциал развития и локализованных на определённой территории. Согласно результатам нашего анализа, для Приволжского федерального округа такими специализациями являются: производство продукции для нужд обороны и национальной безопасности, в частности, в Республике Марий Эл это производство радиоэлектроники и приборостроение для АПК, в Самарской области – космическая техника, в Республике Удмуртия – огнестрельное оружие, системы управления, в Республике Башкирия – авиационные двигатели, бронетанковая техника, в Республике Татарстан – авиационная техника, в Пермском крае – авиационные двигатели, космическая техника, развитие производств в закрытых административно-территориальных образованиях ядерного цикла, это Саров и Глазов. На наш взгляд, на базе ряда из них может быть сформирована такая эффективная форма развития, как особые экономические зоны. К примеру, технико-внедренческая зона может быть создана в Удмурдской Республике на базе научно-производственного объединения, центра стрелкового оружия, входящего в структуру Ростехнологии.

В качестве меры оперативной поддержки ОПК представляется целесообразным уменьшение сроков проведения конкурсных процедур, увеличение авансирования госзаказа и применение механизма заключения трёхлетних контрактов, обеспечение размещения государственного оборонного заказа до начала года, в котором он должен быть выполнен, а также обязательное принятие банками государственных гарантий по кредитам.

Следующее направление – это производство и переработка сельхозпродукции, это в первую очередь Самарская, Ульяновская, Саратовская, Оренбургская области, в части производства твёрдых сортов пшеницы, технических культур, молочной и мясной продукции, а также диверсифицированный агропромышленный комплекс Татарстана и Башкирии. Государство может содействовать этому процессу, усилив поддержку отраслевых точек роста успешных производств.

Следующий приоритет – это производство строительных и отделочных материалов: цемента – в Комсомольском, в Рузаевке (Республика Мордовия), цемента и линолеума – в городе Бор Нижегородской области, в Вольске Саратовской области, Самаре и Жигулёвске Самарской области. Минрегион готов оказать поддержку в создании пилотных площадок по производству стройматериалов для малоэтажного строительства на основе использования местных сырьевых ресурсов (сегодня как раз знакомились с опытом такой работы в Кировской области в сфере деревообрабатывающей промышленности).

Мы также ориентируем регионы на создание условий для активизации массового малоэтажного строительства, при которых регионы возьмут на себя часть расходов по наиболее затратным для строителей направлениям: это создание инженерной инфраструктуры, плата за подключение к энергосетям. А органы власти муниципальных образований откажутся от произвольного возложения обременения на предприятия, осуществляющие строительство жилых домов. Примером такого подхода является Башкортостан, где утверждена республиканская программа развития малоэтажного жилищного строительства, в соответствии с которой граждане имеют право получить земельные участки без торгов и оплаты, а финансирование инженерных сетей и коммуникаций идёт за счёт средств федерального и республиканского бюджетов с последующей передачей этих объектов обслуживающим организациям. То есть эти затраты не будут отнесены на граждан.

Также необходимо выделить производство транспортных средств для транспортного обслуживания населения в городе Павлово Нижегородской области и Нефтекамске (Башкирия).

В настоящее время государство предпринимает значительные усилия по поддержке авиационной промышленности. В развитие этих шагов целесообразно принять меры, направленные на то, чтобы Приволжский федеральный округ занял особое место в восстановлении системы внутрирегиональной и местной гражданской авиации, учитывая наличие здесь мощностей авиастроения, производства топлива для поршневой авиации, а также возможностей развития межрегиональных интеграционных связей по поставке комплектующих.

Заслуживает приоритетного внимания разработка новых технологий, оборудования и материалов в сфере ресурсосбережения и оказания коммунальных услуг. Здесь необходима разработка муниципальными образованиями и утверждение ими совместно с субъектами Федерации программ комплексного развития систем коммунальной инфраструктуры, включающей перспективные схемы развития энергоснабжения, водоотведения, утилизации, переработки отходов, а также финансовой модели расчёта критериев доступности тарифов для потребителей, инвестиционную модель развития инфрастуктуры.

Также основными направлениями специализации округа могут стать разработка новых технологий и оборудования в сфере добычи топливно-энергетических ресурсов и иных полезных ископаемых на предприятиях Казани, Уфы, Перми и Выксы (Нижегородская область), и развитие профессионального образования в учебных заведениях Нижнего Новгорода, Самары, Уфы, Казани и Перми.

Акцент на этих направлениях, помимо прямого экономического эффекта, приведёт к усилению межрегиональной интеграции, созданию общих межтерриториальных промышленных кластеров – как раз к тому, чего сегодня не хватает в существующих программах развития регионов Приволжского округа.

В заключение отмечу, что разрабатываемые документы стратегического планирования Приволжского федерального округа – это часть общей системы стратегического управления Российской Федерации. Государство не останется в стороне от их реализации. Принятие стратегии социально-экономического развития, инвестиционной программы развития Приволжского федерального округа на период до 2020 года позволит выйти на более конкретный уровень планирования инвестиционных ресурсов и создаст условиях для разработки на их основе долгосрочной целевой программы социально-экономического развития Приволжского федерального округа, которая позволит оказать существенную государственную поддержку реализации инвестиционных проектов округа.

Спасибо за внимание.

Д.Медведев: Спасибо, Виктор Фёдорович. Вы упоминали и о таких инструментах, которые, как я понимаю, ещё всё‑таки не работали, в том числе и госгарантии. Вы цифры называли в миллиардах рублей. Я так понимаю, что это пока только предложения по использованию гарантий, а не их реальное выделение.

В.Басаргин: Но решение было принято.

Д.Медведев: Решение принято, но нужны деньги под гарантии, а не просто решение. Ладно, это мы сейчас обсудим.

Пожалуйста, послушаем губернатора Кировской области для начала разговора. Пожалуйста, Никита Юрьевич.

Н.Белых: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Прежде всего позвольте от лица жителей Кировской области поблагодарить Вас за визит, за организацию совещания именно на нашей территории. Как Вы уже знаете, в последний раз глава государства посещал наш регион 185 лет назад, это был Александр I в 1824 году. Надеюсь, что следующий визит состоится несколько быстрее, чем через 185 лет, и будет возможность проанализировать те результаты, которые будут достигнуты, в самое ближайшее всё‑таки время.

Я бы хотел продолжить ту тему, которую мы с Вами начали обсуждать, – это вопросы, связанные с ситуацией на рынке труда. Как мы прекрасно понимаем, одна из главных проблем, с которой приходится сталкиваться и регионам, и муниципальному уровню, – это проблемы, связанные с безработицей. И насколько эффективно реализуется государственная политика по борьбе с этим экономическим недугом, от этого во многом зависит и реализация других стратегий, других экономических задач. Как мы все знаем, на сегодняшний день есть программы, которые действуют по линии соглашений с Рострудом, где предусмотрено выделение денег, во всяком случае для Кировской области, денег достаточно серьёзных, для создания рабочих мест в рамках общественных работ, для переквалификации кадров и деньги для самозанятости.

Я бы хотел сейчас остановиться на нескольких проблемах, которые, как мне кажется, сдерживают полноценное решение тех вопросов, которые перед нами стоят.

Первое: что касается самозанятости. Как Вы знаете, на сегодняшний день по тем нормативным документам, которые приняты, возможно выделение 12-месячного пособия по безработице тем, кто готов организовать собственное дело, кто готов, собственно, стать тем самым малым предпринимателем и как минимум снять нагрузку с государства по собственному обеспечению.

Проблема в том, что если говорить о 12-кратном размере пособий, которые полагаются каждому человеку, то эта сумма, во‑первых, очень дифференцированная, во‑вторых, как правило, недостаточная, потому что на максимальный размер пособий, который составляет около 5 тысяч рублей, могут претендовать далеко не многие. Поэтому уже неоднократно, в том числе мне приятно констатировать, что и в рамках совещаний, которые проходили в Приволжском федеральном округе, обозначалась проблема, что хорошо бы в рамках этой темы – выделения денег под самозанятость – использовать максимальный размер пособий и, таким образом, говорить о выделении единовременно порядка 60 тысяч рублей для организации собственного дела. И эта инициатива была, во всяком случае информационно, поддержана на федеральном уровне, и она нашла, скажем, достаточно серьёзный резонанс и отражение. Но документы до сих пор не подписаны, и мы сталкиваемся с тем, что на сегодняшний день в службу занятости человек приходит с бизнес-планом, уже ориентированный на получение, на те самые 60 тысяч рублей, а ему говорят: знаете, по расчёту Вы можете претендовать только на 18. И, в общем, понятно, что там формируется, во‑первых, некий негатив, во‑вторых, приходится просто констатировать, что или уж тогда совсем не надо было эту тему затевать, потому что оценивать на сегодняшний день направления по самозанятости просто невозможно… Те люди, которые сейчас обращаются, рассчитывают на совершенно другие деньги, не получив этих денег, они достаточно разочарованно уходят. Поэтому, как мне кажется, первое, что мы можем сделать, это всё‑таки как‑то ускорить процесс подписания соответствующего постановления, тем более что проект его существует и, насколько я понимаю, принципиальных замечаний нет ни в Министерстве экономического развития, ни у других профильных министерств, и, соответственно, дать возможность действительно реализовать этот проект в том объёме, в каком он может реализовываться. Во всяком случае, если мы говорим по Кировской области, то речь идёт о сотнях людей, может быть, даже и тысячах, а для нас это очень серьёзный вклад в борьбу с безработицей. Я думаю, что в других регионах ситуация выглядит точно так же.

Вторая проблема, которая достаточно часто обсуждается, – это крайне затруднённая работа по проведению общественных работ с предприятиями, у которых существуют задолженности по налогам, по иным долгам, и как следствие арестованные или заблокированные счета. В результате службы занятости вынуждены выискивать какие‑то сложные схемы с использованием третьих лиц для того, чтобы те деньги, которые выделяются либо на общественные работы, либо на переквалификацию кадров, не уходили транзитом с арестованного счёта на покрытие картотеки либо на выплату в бюджет. Соответственно, хотелось бы здесь, пользуясь присутствием главы Центробанка, каким‑то образом поговорить о возможности введения специальных счетов, которые бы работали именно в режиме обеспечения тех программ, которые существуют в каждом регионе по борьбе с безработицей, чтобы те деньги, которые выделяются из федерального и областного или краевого, или республиканского бюджетов, то есть чтобы они могли действительно направляться на те счета у предприятий без риска того, что будут перечислены не на выплату, собственно говоря, людям, а на покрытие совершенно иных долгов.

Третий момент. Уже неоднократно и опять же в рамках наших совещаний в Приволжском федеральном округе поднимается вопрос, который очень сложно формализовать. Он касается того, что когда прокуратура особенно рьяно берётся бороться с невыплатой заработной платы, то зачастую их действия приводят к совершенно обратным последствиям. То есть когда руководители предприятий, попав на какую‑то недельную или двухнедельную просрочку, оказываются в числе дисквалифицированных руководителей либо подвергаются административным штрафам, и понимают, что им проще заявить о банкротстве, сложить с себя полномочия, реально не ведут работу, направленную на то, чтобы организовать возможность получения людьми заработной платы, потому что день в день это сделать не удастся, а уже буквально несколько дней ты просрочил – и оказываешься в числе должников. У нас был по этому поводу разговор с Григорием Алексеевичем [Рапотой] и с заместителем Генерального прокурора Валеевым. Было сказано, что прокуратура проинструктирована, что здесь не надо палку перегибать. Но тем не менее если мы говорим о ситуациях на местах, то это случается сплошь и рядом.

И самое главное: почему сейчас очень большие направления по борьбе с безработицей, а именно общественные работы, не вызывают того эффекта, на который рассчитывали? Это всё‑таки особенности нашего российского менталитета. То есть люди не готовы идти на общественные работы. Люди воспринимают любые работы именно как механизм зарабатывания денег, а не просто поддержания себя.

И, как мне кажется, очень важны были бы здесь определённая государственная пропаганда и государственное разъяснение о том, что такое общественные работы, для чего они делаются и что именно такого рода механизмы действительно помогали разным странам в разное время выходить из кризиса. И здесь я хочу перейти уже к проблеме системной.

Дмитрий Анатольевич, Вы в своё время сказали одну очень, мне кажется, важную и ёмкую фразу о том, что свобода лучше, чем несвобода. Точно так же я хотел бы сказать, что правда лучше, чем неправда. Мы должны вместе понять одну простую вещь, что из кризиса выбраться мы можем только совместно, я имею в виду власть, бизнес и общество. И чем больше будет доверия внутри вот этого треугольника, тем выше вероятность преодоления этого кризиса. Доверие может существовать только в условиях открытой и прозрачной информации, потому что на сегодняшний день, если посмотреть на то, что происходит в умах людей, бизнеса, власти, когда речь идёт о кризисе, мы встречаем две полярные точки зрения: или «всё пропало, гипс снимают, клиент уезжает», или «послезавтра всё будет хорошо». Я уже приводил этот пример на экономическом форуме: ко мне приходят профсоюзы с просьбой увеличить заработную плату для работников бюджетной сферы, я трачу полтора часа времени, чтобы объяснить, почему это невозможно. Они говорят: хорошо, давайте это сделаем с 1 июля. Я говорю: почему с 1 июля? Они думают, что 1 июля кризис уже закончится, то есть во втором полугодии кризиса точно не будет.

И вот пока мы будем находиться в условиях, когда все по‑разному вообще понимают, в какой ситуации мы реально находимся, какие меры выхода предпринимает Правительство, какие пути выхода Правительство видит для бизнеса и для общества, мы далеко не уйдём. В любом случае победа над кризисом – это прежде всего победа над самим собой, победа над пессимизмом и в то же время победа над шапкозакидательством, которое зачастую присутствует у разных граждан. Поэтому, как мне кажется, нам для того, чтобы говорить о серьёзной, эффективной, конструктивной работе не только в части борьбы с безработицей, не только в части снятия напряжения на рынке труда, но и в целом по борьбе с кризисом, нам надо говорить о грамотной, открытой, доверительной информационной политике в треугольнике «власть–бизнес–сообщество».

Я могу подробно говорить о том, как складывается экономическая ситуация в Кировской области. Да, мы здесь не лучшие и не худшие. Я посмотрел тот доклад, который делал Министр регионального развития, и мы везде где‑то находимся в серединке. То есть у нас где‑то чуть лучше, чем у других, где‑то чуть хуже, но мы не являемся экстремумами ни со знаком плюс, ни со знаком минус. Поэтому останавливаться на каких‑то проблемах конкретно Кировской области, я считаю, нецелесообразно.

Мы, естественно, будем участвовать во всех тех проектах, о которых говорится. Да, у нас есть свои предложения по пилотному проекту, связанному с малоэтажным строительством, и об этом мы сегодня говорили, когда смотрели тему по лесопереработке на Вятском фанерном комбинате. Я просто не считаю необходимым её здесь развивать, потому что у каждого есть свой кластер – у кого‑то авиационный, у кого‑то автомобильный, – у нас лесоперерабатывающий.

Но, как мне кажется, общая проблема, которая нас объединяет и с которой мы должны бороться, это вопрос взаимопонимания, доверия именно между собой, потому что без этого любые инициативы, какие бы они замечательные ни были – антикоррупционные, иные, – начинают терять смысл. Если у общества нет доверия к бизнесу и нет доверия к власти, у бизнеса нет доверия к обществу и нет доверия к власти, а власть не слышит ни бизнес, ни общество, мы далеко не уедем. Я очень надеюсь, что подобного рода совещания как раз направлены на то, что вот эту систему информационного непонимания, информационного блокирования преодолеть. Спасибо.

Д.Медведев: Спасибо, Никита Юрьевич.

Просто откликаясь на одну конкретную вещь, которую Вы сказали, по проекту постановления, касающегося выплат по самозанятости. У нас где этот документ, я хотел бы уточнить у присутствующих здесь членов Правительства? И какова позиция по этому поводу? Есть что сказать?

Э.Набиуллина: Здесь я могу дать следующую информацию. Эта проблема была поставлена во время обсуждения антикризисной программы многими представителями регионов, и действительно эта инициатива была Правительством поддержана, с тем чтобы повысить до максимального пособия по безработице…

Н.Белых: То есть проект постановления есть.

Э.Набиуллина: Проект постановления существует.

Д.Медведев: Правильно я понимаю, что всё Правительство поддерживает, а решения нет?

Н.Белых: Только постановления нет. Да.

Э.Набиуллина: Но решение будет, в ближайшее время мы его выпустим.

Д.Медведев: Хорошо. Давайте тогда так и договоримся по итогам совещания. У нас тут и Минфин тоже присутствует. Сколько потребуется времени, чтобы это выпустить?

Э.Набиуллина: Минздравсоцразвития готовит.

Д.Медведев: Минздравсоцразвития? Пожалуйста, коллеги.

А.Силуанов: Мы подготовим в течение пяти дней.

Д.Медведев: Хорошо. Тогда так и запишем в решении: через 7 дней документ должен выйти. Это первое, сразу откликаясь на то, что Вы сказали.

Н.Белых: Спасибо.

Д.Медведев: Во‑вторых, не могу не поддержать тему консолидации усилий. Это вещь, с одной стороны, самоочевидная, а с другой стороны, в общем, она дорогого стоит, потому что действительно из проблемы такого уровня можно выйти только при максимальной консолидации усилий государства, в том числе государственной власти регионов, бизнеса и в целом всех общественных сил. Это совершенно очевидно, это простая вещь, но очень важная.

Пойдём дальше. Валерий Павлинович, есть что сказать?

В.Шанцев: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Безусловно, Нижегородская область как развитый промышленно-экономический центр последствия мирового финансового кризиса переживает очень напряжённо, особенно сильное напряжение в промышленности. Если в целом по округу падение на 20 процентов, то у нас – на 35 процентов, и связано это прежде всего с очень серьёзным падением объёмов производства в автомобильной промышленности, это около 80 процентов падение, и по сравнению с прошлым годом только 20 процентов объёмов сохранено. И второе – это чёрная металлургия, уровень где‑то 60 процентов сохранение объёмов. Мы внимательно работаем с этими отраслями. Если чёрная металлургия подтянется к концу года, это очевидно совершенно, то по автомобильной промышленности пока таких быстрых темпов не намечается, хотя есть и здесь в марте и апреле некое оживление, где‑то на 70 процентов по отношению к очень скудному I кварталу, к январю-февралю, рост пошёл.

Какие очень, на наш взгляд, эффективные формы взаимодействия различных структур показали себя в этих антикризисных условиях? Координационный совет, который у нас работает в ежедневном режиме, имеет несколько таких направлений, и одно из них – это рабочая группа по взаимодействию банков, Правительства и всех субъектов в реальном секторе экономики. Эта комиссия рассматривает все отказы банков. И в результате работы четырёх месяцев мы 60 предприятиям всё‑таки, несмотря на первичные отказы, сумели кредиты предоставить. Это не касается никаких гарантий, это только переговорный процесс.

Очень тесное взаимодействие с налоговыми органами. Порядка

20 организаций получили налоговые какие‑то освобождения, реструктуризацию, это тоже оздоровило их экономику и сохранило рабочие места. Вот это направление мы держим под особым контролем.

Одновременно с этим мы работаем и с предприятиями, которые имеют кредитные портфели и вдруг почему‑то перестали их обслуживать, потому что тем самым сокращается ресурс банков, если предприятия вдруг не будут выплачивать. Честно говоря, под сурдинку некоторые руководители пытаются выбить себе послабление с точки зрения выполнения ранее взятых обязательств.

Второе направление. На наш взгляд (Вы об этом уже упомянули, я хотел бы просто рассказать о нашем опыте), это государственные гарантии за счёт областного бюджета. Мы приняли их в начале года на объём 1 миллиард рублей и весь миллиард рублей выдали, и на этот миллиард рублей наших гарантий привлечено 2 миллиарда рублей кредитов. Для этого нам пришлось делать упрощённую систему предоставления гарантий, закон даёт нам такое право принять некоторые решения, которые дают некоторые послабления. Потому что если официально говорить, то государственную гарантию предприятию, у которого есть проблемы, получить нельзя, можно получить только хорошо работающему, стабильному предприятию. Ну а, как известно, они им и не нужны, они сами справляются, если они стабильно работают.

Мы вот сейчас, в мае, выходим в Заксобрание с предложением ещё на полмиллиарда увеличить эти гарантии, потому что это хорошо работающий механизм. Но, к сожалению, больше мы таких гарантий предоставить не можем, пропорции нашего бюджета не позволяют нам принять более объёмное решение.

Третье направление – это мы собрали все абсолютно программы по строительству жилья. Это касается и ветхого фонда, это касается и сертификатов по военнослужащим, дети-сироты, это ветераны, это молодые семьи, свои программы по молодым специалистам, по специалистам сельского хозяйства. И у нас получилась довольно внушительная цифра – порядка, наверное, около 6 тысяч квартир, которые мы можем реализовать как государственный заказ в 2009 году. Мы вложили туда около миллиарда своих денег и осваиваем их прежде всего на инженерию, чтобы подготовить те участки, которые можно было бы застроить уже в 2009 году, особенно обратили внимание на малоэтажное строительство, поскольку это наиболее быстро подготавливаемые площадки. И думаем, что в этом году, по нашим планам, мы сделаем 1400 тысяч (это больше, чем в прошлом году), а за I квартал мы построили жилья в 1,7 раза больше, чем в I квартале прошлого года. Это всё‑таки…

Д.Медведев: Накопленный…

В.Шанцев: Задел, да. Это задел, но мы его продолжаем, чтобы не опустить эту ситуацию и в 2009 году.

По малому бизнесу мы тоже приняли целый ряд решений и увеличили оплату ставки рефинансирования по взятым кредитам с 1/2 до 2/3, сделали гарантийный фонд – 150 миллионов рублей своих денег, для того чтобы гарантировать за малые предприятия, что они вернут тот кредит, снизили коэффициент по арендной плате для малых предприятий и ввели мораторий на повышение арендной платы в целом по всем муниципальным нашим объединениям. Вот эти меры в целом привели к тому, что мы, да, потеряли в налогооблагаемой базе, но не столько, сколько в объёмах. Мы сумели получить в I квартале и за четыре месяца 86 процентов доходов по сравнению с прошлым годом, но сумели так сбалансировать бюджет, что мы расходы увеличили по сравнению с I кварталом на 12 процентов. Это выше, чем темпы инфляции, и все социальные выплаты, все социальные программы мы профинансировали, и национальные проекты все профинансировали, и это сегодня наш главный приоритет, несмотря на то что снижение доходов совершенно реальное.

Мы предполагаем, что у нас будут снижены доходы приблизительно на 20 миллиардов рублей из 120, которые мы планировали себе ранее. Главным образом, это налог на прибыль, который уже сейчас не идёт из‑за нерентабельной работы предприятий, плюс к тому то решение, что мы перешли с авансирования на прямые выплаты, даёт нам возврат за 2008 год около 6,5 миллиарда рублей уже из ныне полученных налогов. Это очень тяжёлое бремя. Но мы понимаем это и ещё планируем на 6 миллиардов сократить наши расходы за счёт оптимизации, прежде всего программы развития и нового строительства.

Все проблемы в целом находятся в таком реальном управлении. И мы принимаем адекватные меры по каждому предприятию, потому что работа здесь нужна штучная, буквально вплоть до того, что мы решаем и по предприятиям, которые уже встали, как им помочь, чтобы запустить это производство, потому что некоторые из них являются единичными. Например, «Дзержинскоргстекло» остановило всю авиационную промышленность, потому что другого стекла никто не выпускает. Мы выделяем порядка 100 миллионов туда сегодня, плюс корпорация авиационная, плюс ещё одно предприятие, и запускаем это производство. И так работаем и по сельскому хозяйству, и по товарообороту, и по целому ряду других направлений. В остальных сферах мы в целом объёмы сохранили.

Какие проблемы мы не можем сами решить? Это прежде всего, конечно, автомобильная промышленность. И главная составляющая – это ГАЗ. Что такое ГАЗ для Нижегородской области? Это 43 тысячи работающих только на Нижегородской площадке и плюс 122 предприятия, которые работают на конвейере ГАЗа, – это около 100 тысяч работающих. ГАЗ проделал очень большую свою работу. Они представляли её в комиссии Игоря Ивановича [Шувалова]. Сократили очень серьёзно свои затраты, расходы на управленческий аппарат, себестоимость снизили. И они уже сейчас выходят на безубыточную работу при объёме выпуска 5 тысяч автомобилей в месяц. Раньше они выпускали по 12 тысяч автомобилей в месяц. Они уже близки к этому. В марте выпустили 4 тысячи автомобилей.

Но два вопроса, которые до сих пор не решены, они, в общем, не позволяют нам сегодня это сделать. Первое – это незаконченная реструктуризация кредитного портфеля, он у них в объёме 42 миллиарда рублей. Вроде бы и Эльвира Сахипзадовна [Набиуллина], Игорь Иванович [Шувалов] здесь активно участвуют, вроде бы всё, кредитный комитет работает, основные банки всё подписали, но жёсткая позиция нескольких банков, прежде всего Альфа-банка, не позволяют завершить эту работу, а её надо завершить просто днями. Потому что, когда была выручка месячная 16 миллиардов, можно было 42 миллиарда обслуживать, а когда она упала до 4 миллиардов в месяц, это невозможно просто. Можно получить финансовый коллапс, и ничем это больше другим не закончится.

И второе – это государственный заказ. В обычные, спокойные годы, 2006-й, 2007-й, 2008-й, уже с корректировкой ГАЗ имел государственный заказ в объёме 30 миллиардов рублей. Сейчас мы всё декларировали, что государственный заказ сохранен, плюс ещё выделили дополнительные деньги по Минрегиону, по целому ряду других направлений на госзаказ на автомобильную технику, и правильные примеры здесь приводились.

Но результат какой? ГАЗ сегодня имеет реальный заказ на 14 миллиардов рублей. Это в два с лишним раза больше, чем в спокойный, нормальный год. В своём бизнес-плане, естественно, то, о чём я говорил, они предусматривали этот заказ на уровне 36 миллиардов рублей, то есть 30 плюс 6 из тех дополнительных денег.

К сожалению, я могу констатировать, что министерства и ведомства, которые занимаются сегодня распределением государственного заказа, они распределяют его непропорционально и не в соответствии с такой историей, которая себя зарекомендовала, например, ни одной машины скорой помощи – вы их видели. Как это? Ни одной машины с ГАЗа, который выпускал по 5 тысяч в год – в 2008 и 2007 годах. Ведь непонятно совершенно.

Д.Медведев: А откуда машины?

В.Шанцев: Машины в основном по документации – это «Фиат Дуката», это «Соллерс». Поэтому, наверное, надо было бы как‑то справедливо распределить этот заказ по всем направлениям автомобильной техники. Нельзя одному делать пропорцию 30 процентов в его объёме госзаказа, а другому – 7. Так не бывает.

М.Шаймиев: Но «Соллерс» сейчас отечественный.

Д.Медведев: Да, это мы понимаем.

Это всё наше, всё родное, но раз вопрос звучит, послушаем и министров, которые отвечают за этот процесс, по поводу распределения самих денег.

В.Шанцев: Следующая тема, которой я бы хотел коснуться. Конечно, все наши беды связаны с тем, что сегодня резко сократился спрос на всё: на технику, на товары, на услуги. А спрос этот сократился не потому, что он вообще физически исчез, а потому что сам финансовый механизм удовлетворения этого спроса сегодня не работает, потому что большинство кредитовалось.

Я могу сказать по нашей области. Средненедельный объём потребительских кредитов в апреле по сравнению с сентябрем упал в 16,5 раза. А объём, например, ипотечного кредитования в 10 раз упал. И если говорить по реальному сектору экономики, то здесь тоже почти в 13 раз ниже долгосрочные кредиты и почти в 5 раз снизились краткосрочные кредиты по сравнению с сентябрем. Ясно, что у людей не хватает денег.

Здесь обсуждался уже вопрос процентов. Я, например, считаю, что такого рода проценты, если банки их устанавливают и заключают эти договоры, то тех, с кем они заключили договоры, можно прямо в правоохранительные органы сдавать, потому что такие проценты в реальной экономике отработать нельзя – 28, 30 процентов – это нереально. И даже не о процентах сегодня речь идёт – настолько сложна стала процедура получения кредитов, что это невозможно совершенно. Стали вводить дисконты на залоги такие, что 0,35. Теперь ещё придумали комиссию за кредиты от 1 до 4 процентов – это скрытое увеличение ещё и так высоких процентов.

Конечно, нужна какая‑то сегодня, Дмитрий Анатольевич, политика, которая бы определила взаимоотношения кредитной системы с реальным сектором экономики. Потому что через какое‑то время некому будет давать кредиты, потому что такой подход к кредитованию убьёт в основном всю клиентуру.

Одновременно с этим хотел бы сказать, что мы испытываем определённое напряжение по бюджету, и мы знаем, что принято решение по тому, чтобы определить в бюджете Российской Федерации дотации на сбалансирование региональных бюджетов в 150 миллиардов. Мы все расчёты сдали, все эти методики уже разработаны. Мне бы хотелось попросить, чтобы эти решения были приняты как можно быстрее. Может быть, не нужно нам сейчас денег, но решения должны быть, потому что нам надо запускать всю систему. У нас сегодня летняя кампания на носу по оздоровлению детей, дополнительные выплаты по отпускам врачей, подготовка жилищного фонда к эксплуатации в осенне-зимних условиях. Это увеличивает наши затраты, и мы должны понимать: а у нас вообще будут деньги или не будут. И лучше, конечно, не дожидаться, не выдавать нам их в четвёртом квартале, а хотя бы начать с третьего квартала, сначала их выдавать, чтобы мы могли спокойно эту сбалансированность почувствовать, а не иметь её в ожидании. И проводить ни конкурсы, ни аукционы мы же не можем до тех пор, пока это решение не принято.

И второе решение – это решение – те же дополнительно 150 миллиардов на кредиты на льготных условиях, под одну четвёртую, кто‑то говорит, под одну третью ставки рефинансирования, на случай возникновения каких‑то аварийных, техногенных ситуаций. У нас, например, возникла. У нас в начале года обследовали основной мост через Оку – Канавинский, признали его аварийным и рекомендуют немедленно поставить в ремонт. Мы сняли сейчас трамвай, сняли грузовое движение. По сути дела близки к коллапсу. Остановить мост мы не можем. Мы знали такую ситуацию, планировали и хотели ввести новый мост к октябрю этого года. Но надо 6,8 миллиарда, а снижение доходов в связи с кризисом позволяет нам найти только 2 миллиарда. Ясно, что нам хорошо бы взять на 4,8 миллиарда кредит на три года под одну четвёртую, мы бы отработали. Но опять это решение надо принять, раз в бюджете это есть, тогда мы могли бы начать работать и закончить это. То есть я бы просто, не знаю, как мои коллеги, хотел бы, чтобы эти решения, которые приняты уже, чтобы они быстрее реализовывались. Решения все правильные, решения все справедливые, но только они пока ещё не работают. Эта ситуация, конечно, для нас крайне затруднительна.

А так, если говорить в целом, ситуация напряжённая, трудная, но она рабочая. Рабочая, с ней можно совместно справиться (я согласен с Никитой Юрьевичем, что мы здесь все в одной лодке), если мы будем совместно все действовать, если мы совместно будем решать и говорить людям правду.

Что касается рынка труда, то я могу сказать, что, наверное, надо ещё одну программу посмотреть. Сейчас в связи с тем, что на предприятиях малые объёмы, можно повысить квалификацию работающих на самом предприятии. Не готовить людей, которые уже находятся под риском увольнения на другие предприятия, а потом будем бегать, когда возвратятся объёмы, или искать людей на этих предприятиях. Но эта программа более дорогостоящая. Например, на ГАЗе есть возможность обучать в течение года, давать по этой профессии более высокую квалификацию, и вторую профессию можно осваивать. И мы готовы здесь на софинансирование, тоже с федеральным бюджетом участвовать: половину чтобы территория давала, а половину – федеральный бюджет. Обучать в течение года. Мы бы этим спасли бы и сокращённых, потому что реально сегодня под объёмы ГАЗа больше одной смены ну никак не надо, а у него рабочих на две смены. Вот вторые 4,5 тысячи человек можно было бы год спокойно обучать, а через год многое может измениться, и это бы помогло ещё и повышению компетенции самого ГАЗа, и работам по повышению качества.

Д.Медведев: Спасибо, Валерий Павлинович. Вы достаточно много интересных вещей сказали.

Одну только вещь отмечу из того, что Вы называли, с которой не могу не согласиться: чудовищно медленно исполняются принятые решения. Когда речь идёт о том, что решение не принято, ладно, там можно ещё давать какие‑то скидки, но масса решений, которые принимаются, в том числе на федеральном уровне, потом исполняются месяцами, касается ли то государственных заказов, касается ли то государственного оборонного заказа, что особенно тяжело и трудно. Это повод для того, чтобы подумать об исполнительской дисциплине в самом широком смысле этого слова и использовать самые строгие методы для этого.

Что касается темы процентов и кредитов, я думаю, коллеги выступят, какие‑то свои соображения дадут. Я единственное, на что обратил бы внимание, всё‑таки у нас происходит медленно, но определённым образом в правильном направлении изменение ставки рефинансирования. С сегодняшнего дня уже, по сути, новая ставка действует. Если речь идёт о предприятиях, которые должны получать государственную поддержку, то по‑хорошему кредиты там должны выдаваться по ставке 12 плюс 3, и больше ничего: никаких комиссий за кредит, ничего другого. Вот 15 процентов. Это то, что должно быть.

Пожалуйста, уважаемые коллеги, кто хотел бы продолжить разговор?

Пожалуйста, Олег Анатольевич.

О.Чиркунов: Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Уважаемые коллеги!

Я последние два месяца открываю газету и с ужасом читаю о том, что Пермский край находится в самом тяжёлом финансовом состоянии.

Д.Медведев: Это какую Вы газету открываете?

О.Чиркунов: Любую, газету «Ведомости».

Только что назвали Пермский край среди самых кризисных субъектов Федерации. Вот сейчас здесь есть таблица. Мы тоже здесь фигурируем. Прогноз по доходам: минус 23 процента – самая плохая ситуация в округе. Более того, мы сегодня вышли в Законодательное собрание и прогноз по доходам снижаем ещё на 10 процентов. У нас будет минус 35. Я уже не знаю, как я газету буду открывать.

Я убеждён, что прогноз у нас реальный по доходам. И я не думаю, что по другим субъектам Федерации и по стране в целом этот прогноз будет иным. Мне кажется, что то, что сейчас мы видим здесь, это очень оптимистичный прогноз по доходам субъектов Федерации. Если, конечно, это плата за то, чтобы получить федеральные деньги из этих 150 миллиардов, то мы готовы показать любые цифры, но всё равно нужна какая‑то объективность. И в связи с этим я считаю крайне важным, как, по каким правилам будут распределены вот эти самые 150 миллиардов и 150 миллиардов кредита, почему.

Сейчас создаются мотивы для нас, для руководителей субъектов Федерации. Если мы будем помогать тем, у кого будет минус и будет совсем плохо, Дмитрий Анатольевич, мы этот минус сделаем в течение ближайших двух месяцев, потому что сегодня нам экономить расходы страшно. Мы сейчас жмём, мы не знаем правил. А если завтра окажется, что тот, кто не экономил расходы, получит дотацию, а тем, кто экономил, скажут: коллеги, вы классно поработали, но у вас всё нормально с экономикой?

В принципе та методика, которую сегодня отрабатывает Министерство финансов, в принципе она правильная по идеологии, но у нас столько раз уже была ситуация, когда методика заходит правильная по идеологии, а потом, когда она реализуется, она оказывается абсолютно неправильной. Очень боюсь и очень не хочу, чтобы, может быть, нас как‑то дополнительно привлекли к обсуждению этой методики.

Ещё раз подчёркиваю: почему? Потому что мы сейчас только что сказали: мы должны работать все вместе, и чтобы у каждого из нас был правильный мотив, как ни странно, эта методика задаст нам правильный или неправильный мотивы. Либо мы начнём массово тратить деньги, либо мы все начнём эти деньги экономить. И всё это зависит только от распределения этих 150 миллиардов.

Вторая тема. Мы в последние годы, когда был экономический рост, начали многие реформы в здравоохранении и в образовании, и сейчас очень важна судьба этих реформ. К сожалению, часть из этих проектов на сегодняшний день не финансируется. Например, пилотный проект по здравоохранению по постановлению Правительства 296 (а потом оно стало 816) 2008 года, четыре, по‑моему, субъекта Федерации получали деньги на эксперимент, небольшие деньги, по 200 миллионов. Постановление не продлили, сказали, что результаты проекта были недостаточно эффективны. Я готов доказать, что это суперэффективный эксперимент. Мы его не останавливаем, мы сейчас это делаем из собственного ресурса, но это неправильно – останавливаться на полпути. Я думаю, что этот проект надо продолжать. Это не вопрос денег – вопрос в том, что, если мы вступили на этот путь, мы должны понимать, что мы по нему идём.

Следующая тематика. В том числе и в реформах здравоохранения, мы говорим о поддержке частного сектора, о создании нового бизнеса. Но в силу того, что мы только сейчас верстаем какое‑то законодательство, идут разные проекты. Мы порой, решая одну задачу, правильно решая задачу, забываем о решении другой. Например, суперклассный проект «Родовые сертификаты», суперклассный, он решил массу задач. Но, коллеги, мы там не предусмотрели возможность участия частных медицинских компаний. В результате мы затормаживаем процесс развития частных медицинских компаний. Суперклассный проект по оплате 10 тысяч рублей участковым врачам, он решил свою задачу, но та же самая ситуация: мы не можем сейчас эти деньги платить врачам частной практики, частникам. Причём тоже неточно формулирую: что значит не можем? Можем в том случае (у нас в нормативах прописано), если не существует муниципальных или государственных мощностей. То есть когда мы запускали этот проект, мы его запустили с определённой целью, но параллельно с этим мы тихонечко идём в стимулирование развития бизнеса в здравоохранении. Нам надо смотреть, как вот эти реформы у нас коррелируются.

Кстати говоря, из другой сферы почти такой же пример – организация общественных работ. Но форма общественных работ определена в постановлении Правительства 97-го года, здесь новым постановлением мы дали только финансирование. Так вот там определено, что мы можем общественные работы делать только через организации, а это значит: мы индивидуальных, частных предпринимателей из этого проекта полностью убрали. Причём индивидуальные частные предприниматели могут по этой же программе работать в части создания рабочих мест – и это плюс, но мы не можем их использовать при создании общественных работ. Причём, я думаю, это просто нестыковка, шероховатости нормативных актов, которые приняты вообще в разные годы, и невозможно сразу предусмотреть, где какая ниточка зацепится. Вот начали мы отрабатывать – надо просто очень быстро корректировку этих нормативных актов делать.

Другую тему хотел бы поднять, может быть, напрямую не связанную с экономикой, но точно связанную с кризисом, – кризис, безработица, проблематика уровня преступности. Почему для Пермского края это крайне важно? Мы до прошлого года находились на последней позиции в стране по уровню преступлений на 10 тысяч населения. Мы сейчас тихонечко с этой позиции выкарабкались. Сейчас будет другая социальная обстановка, и все мы вместе рискуем, что мы снова начнём набирать по уровню преступности, причём вся страна выкарабкалась. Тенденции последних двух лет по стране – 10–15 процентов сокращение уровня преступности. То есть мы сейчас сократили нагрузку де-факто на милицию, мощности её оставили прежними, у них возросла производительность труда, экономическими терминами формулирую, они имеют возможность обеспечить больший процент раскрываемости. И учитывая то, что сейчас это наработано, нам ни в коем случае в условиях кризиса нельзя сейчас проиграть эту схватку.

Но у нас не определён, на мой взгляд, самый главный вопрос. У нас не определено, кто несёт ответственность за уровень преступности в регионе. Политически это определено в указе Президента – это губернатор. Управленчески это не определено. Степень нашего влияния на работу системы Министерства внутренних дел минимальна. Указ Президента, который дал нам возможность координировать деятельность ряда министерств и ведомств, что‑то нам дал, но нет никакого механизма и инструмента по управлению процессами. Я думаю, что в длинной перспективе (я всё‑таки надеюсь), что основные задачи по борьбе с преступностью будут задачами регионального уровня. А на период кризиса надо создавать хотя бы какие‑то временные инструменты, когда, скажем, подтверждение продолжения работы начальника милиции должно согласовываться каким‑то образом с региональным уровнем власти, в ином случае де-факто никто за эту проблематику не отвечает.

Ведь, Дмитрий Анатольевич, есть только два варианта, кто отвечает за уровень преступности в регионе, – это либо губернатор, либо Президент Российской Федерации, потому что следом за губернатором нигде управленческие цепочки не пересекаются. Следующая цепочка пересечения – это на уровне Президента. И я считаю, что правильно на нас возложить эту ответственность и спрашивать с нас за этот вопрос. А для решения других вопросов и для других рисков, которые существовали ранее во взаимоотношении между губернаторами и органами милиции, сейчас уже другие механизмы существуют, гораздо более эффективные, это порядок назначения губернаторов.

Что касается малого бизнеса. Пересекающиеся, наверное, с тематикой взаимоотношений с силовыми ведомствами вопросы. Думаю, что было бы неплохо для поддержки вообще экономики и бизнеса законодательно запретить функционирование различного рода фондов, которые занимаются поддержкой правоохранительных органов. Думаю, что было бы правильно вообще запретить какую‑либо спонсорскую помощь милиции со стороны бизнеса. Это не спонсорская помощь, это платежи. И государство, и региональный уровень власти, и федеральный – это не такие большие деньги – в состоянии обеспечить милицию всем необходимым для того, чтобы они не переходили на софинансирование и уж тем более не работали через различного рода фонды. Это продолжает существовать, и это, скорее, развивает создание различного рода фондов, которые бизнесу вносят деньги, а эти деньги в дальнейшем официально идут на материально-техническую базу милиции.

И последняя тема. Рискую сформулировать не ту позицию, которая озвучивается обычно, – по госгарантиям. Я не считаю госгарантии на региональном уровне эффективным механизмом хотя бы по тем цифрам, которые мы можем сегодня обеспечить. Например, речь идёт здесь в любом случае об одном-двух миллиардах. Больше субъект Федерации не может сделать. Сберегательный банк Российской Федерации у нас на территории кредитует приблизительно на 200–220 миллиардов, в том числе привлекает извне 50 в регион, в том числе денег бюджета наших на сегодняшний день хранится 22 миллиарда, они наши деньги размещают под свои риски. Зачем нам обратная схема, когда они будут размещать свои деньги под наши риски? Всё‑таки скорее всего каждый должен выполнять функцию свою, а задача нести риски – это задача коммерческих банков. Правда, в разных субъектах разная ситуация. Там, где банковская структура не развита, возможно, приходится субъектам Федерации эту функцию осуществлять. Но так тогда задача – развивать инфраструктуру банков, а не подменять банки, неся дополнительные гарантии. Это не относится к малому бизнесу: там, где микрокредитование, небольшие риски, и там, где, в общем, наша функция понятна.

Спасибо.

Н.Белых: У нас такая ситуация: поскольку у нас нет собственных крупных региональных банков, соответственно, мы работаем с филиалами или даже субфилиалами крупных банков, которые при всем желании не в состоянии поменять систему, и в этом плане механизм госгарантий со стороны области – это то, что им позволяет выполнять те требования, которые даёт им, соответственно, московский управляющий офис, и в то же время решать те задачи, которые стоят перед регионом. Поэтому я здесь скорее соглашусь с Олегом Анатольевичем. То есть, собственно, сам механизм госгарантий не панацея, но в некоторых случаях, допустим, в Кировской области, это вполне достойный и реальный механизм.

Д.Медведев: Коллеги, давайте дадим выступить другим.

Я сейчас всем дам слово. Просто, во‑первых, мы завершим сейчас публичную часть разговора, иначе это не совещание, а презентация наших собственных позиций, что иногда нелишне, а после этого с пролетарской прямотой вы скажете мне, что вы думаете о ситуации, о том, какие меры принимаются, и так далее.

Я единственное что ещё скажу в отношении госгарантий, соглашаясь с тем, что только что сказал Никита Юрьевич, он, по сути, просто меня опередил. Я думаю, что мы должны иметь разные возможности. Когда речь идёт о больших объёмах кредитования и развитой инфраструктуре – это одно, а когда речь идёт о государственных гарантиях для малого бизнеса – гарантиях регионам, там, где структуры нормальной нет и где это единственная возможность получить деньги, – это совершенно другое. Мы потом дадим слово нашему коллеге, который специально приехал. Пусть он за три минутки расскажет, как он эту гарантию получал. Я даже хочу, чтобы это услышали не столько вы, как руководители субъектов, сколько наши товарищи из Правительства и Центрального банка.

Продолжим работу. Пожалуйста, давайте двигаться дальше.

***

Коллеги, я считаю, что разговор абсолютно предметный, несмотря на то что он затянулся, мы всё‑таки говорили о тех вещах, которые волнуют всех присутствующих.

Начну своё заключительное слово с того, что хотел бы поблагодарить всех вас, я имею в виду губернаторов, за большую работу, которую вы ведёте в целях преодоления финансового и экономического кризиса в нашей стране. Я до этого так не говорил, но считаю, что уже пора об этом сказать, потому что каждый из вас занимается этим регулярно, в ежедневном режиме, и если вы думаете, что мы не видим этого, то ошибаетесь.

У меня помимо слов благодарности ещё просьба: не сбавлять интенсивность работы, потому что сейчас действительно проклюнулись некоторые внешние как минимум симптомы улучшения ситуации. И, как у нас часто на Руси водится, очень хочется сразу же сказать, что всё в порядке, расслабиться и ожидать новых дивидендов. Этого не будет. Я сейчас не рассуждаю на темы второй волны, третьей волны. В любом случае расслабляться нельзя, надо вкалывать каждый день. Но то, что вы делаете, заслуживает хорошей оценки.

Теперь в отношении гарантий. Всё‑таки все практически сошлись на том, что этот инструмент полезен. Поэтому, как мы вчера и договорились, я жду от Правительства Российской Федерации в самое ближайшее время выпуска постановления в отношении государственных гарантий, природа которых меняется с субсидиарной на солидарную, и я надеюсь, что это будет продолжено не только в виде постановления, но и в виде реальной выдачи государственных гарантий, пусть на ту сумму, которая зафиксирована. Эта сумма не закроет всех проблем в стране, она действительно сопоставляется с общей, совокупной суммой кредитов, буквально несколько процентов. Но это всё равно деньги. Сейчас мы оттуда не израсходовали ни рубля. Надо это сделать.

Третье. Я сегодня, посещая выставку, разговаривал с нашим коллегой, который возглавляет, я понимаю, небольшое предприятие, и специально его позвал. Если коллега думает, что мы о нём забыли, то ошибается. Михаил Тимофеевич, Вы нас слышите?

М.Скворцов: Конечно.

Д.Медведев: Скажите, пожалуйста, насколько Вы считаете полезным инструмент гарантий, которые были предоставлены Вам в субъекте Федерации, и как долго Вы за неё страдали, за эту гарантию? Пожалуйста.

М.Скворцов: Спасибо. Наше предприятие работает в лесном комплексе, это среднее предприятие, 250 человек работающих. Мы производим продукцию: пиломатериалы, строганый погонаж, поставляем как на внутренний, так и на экспортный рынок. Возникли трудности с оборотными средствами. Мы обратились к губернатору Кировской области с просьбой о предоставлении гарантий правительства области. Это было 25 февраля сего года.

Надо отдать должное Никите Юрьевичу, в один день была рассмотрена наша заявка и наше заявление, и в этот же день были даны поручения, и они дошли до исполнителей. Так же оперативно прошла работа по оформлению документов, подготовке распоряжений правительства области и так далее.

Но самое сложное началось позднее, когда мы с этой гарантией, фактически уже гарантией предоставленной, пришли в банк. Это был филиал ВТБ. Почему мы в него пришли? Потому что мы с ним работали и раньше, у нас идеальная кредитная история, мы кредитовались и обслуживались в этом банке. И случилось так, что нашу гарантию, вернее, вопрос о выделении кредита, рассматривали практически два месяца.

Д.Медведев: Объём кредита назовите ещё раз.

М.Скворцов: Объём кредита 12 миллионов рублей.

Проблему, почему так произошло, я вижу в том, что сама процедура очень сложная. Вот мы показывали размер бюджета. Наверное, пакет документов мы не меньше собрали. Это первое.

А второе, это то, что филиал, который сегодня в Кирове находится, он не принимает никаких решений, и все, абсолютно все решения согласовываются и принимаются в Санкт-Петербурге, просто они переводят туда документацию, перевозят, передают и так далее. Пока рассматривали наши документы в банке, у нас кончился срок, который установлен правительством области в законе. Правительство пошло навстречу, продлило нам этот срок. Но на этом не закончились наши хождения. Вышли наконец на договор между банком и правительством, в котором банк абсолютно никаких рисков на себя не берёт. Абсолютно, очень жёсткая позиция по всем вопросам договора. Обратились опять в правительство. Хорошо, что нашли там понимание. Если бы нас правительство, скажем, запустило или начало бы переговоры с банком по этим пунктам договора, мы бы этот вопрос просто похоронили. Правительство пошло навстречу, взяло все риски на себя, и в результате договор был изменён, и мы добились результата. Но, конечно, это всё было нелегко.

Дмитрий Анатольевич, наше предприятие может и хочет развиваться. У нас есть продукция, которая востребована сегодня на рынке, есть большие планы по развитию предприятия, поэтому мы только просим облегчить доступ к кредитным ресурсам и снизить их стоимость хотя бы немножко.

Д.Медведев: Свою лепту в развитие Вашего предприятия я уже внёс, теперь о нём узнает вся страна, может быть, и за границей. Поэтому, я надеюсь, Вам будет чуть полегче работать. На самом деле было полезно то, что Вы рассказали, в чём основные проблемы. Причём это при наличии такой активной и позитивной поддержки со стороны правительства области.

Я специально Вас попросил выступить для того, чтобы наши коллеги из Правительства и люди, которые занимаются, собственно говоря, банковской сферой, услышали о том, в чём здесь проблемы.

Естественно, что мы сделаем чуть иной, может быть, проект по отношению к федеральным гарантиям, потому что там всё ещё сложнее, там, как вы понимаете, речь идёт о миллиардах рублей. И под эти миллиарды рублей гарантий наши банки – те же самые, кстати, о которых Вы говорите, в том числе ВТБ, – не готовы были давать деньги именно в силу того, что, по сути, система двойного обеспечения, которая была предусмотрена, заставляла сначала обращать взыскание на залог, то есть, иными словами, реализовывать имущество, а после этого уже приходить к государству за деньгами. Конечно, это никакая не гарантия, я уже об этом вчера говорил, а это совершенно другой какой‑то, очень специфичный инструмент. Гарантия заключается в том, что от гаранта исполнение по гарантии можно потребовать незамедлительно после льготного срока при неисполнении обязательства, без обращения взыскания на иное имущество.

В общем, жду от Правительства постановления.

Дальше. Я также поддерживаю идею продления работы по экспериментальным пилотным тематикам в рамках проекта «Здравоохранение», то, о чём сказал Олег Анатольевич. Мы где‑то, может быть, ошибались, где‑то на ощупь шли, тем не менее это были полезные начинания, и в результате этих начинаний всё стало крутиться гораздо быстрее. Коллеги, которые этим занимались в регионах, они об этом помнят. Поэтому этот эксперимент завершать нам пока не следует. В отношении программы родовых сертификатов: я здесь полностью согласен с оценкой, это, на мой взгляд, одна из лучших программ в рамках проекта «Здравоохранение», очень эффективная и очень полезная для системы здравоохранения, позволившая всё‑таки в значительной мере и обновить базу, и зарплату увеличить. Что касается частной практики, то это действительно вопрос идеологии. И на этот вопрос нет однозначного ответа. Если бы у нас была ситуация проще, чем сейчас, то я бы, наверное, склонялся к тому, что Вы предлагаете. Но с учётом того, что нам сейчас тяжело, надо посмотреть: может быть, в будущем вернуться к разговору о привлечении в программу родовых сертификатов и частнопрактикующих врачей, частных клиник.

Ещё одна важная тема, которая затрагивалась в выступлении наших коллег, в основном из регионов, где хорошо развито аграрное производство, – это агарный национальный проект и те проблемы, с которыми мы сегодня все сталкиваемся.

Во‑первых, я хотел бы сказать, что снижение поголовья крупного рогатого скота – это очень тревожный симптом. Потому что мы последние несколько лет потратили в неимоверных усилиях, пытаясь выправить ту ситуацию, которая складывалась в 90-е годы и в первой половине этого десятилетия, когда у нас поголовье чудовищно падало вниз. И мы на это потратили и много сил и, надо признаться, много денег, потому что все вы, здесь присутствующие, развивали собственные объекты животноводства, получали кредиты, закупали скот, в том числе по лизингу. И, конечно, это сейчас потерять было бы самой опасной ошибкой. Поэтому я считаю, что нам нужно вернуться к вопросу кредитования крупных сельскохозяйственных проектов, в том числе и в рамках тех субсидированных кредитов, которые мы давали для таких проектов.

В целом, я считаю, тем, что вы делаете (об этом говорил и Николай Иванович, и Муртаза Губайдуллович), нужно обязательно этим заниматься – это останавливать нельзя, в том числе продолжать кредитование этих крупных объектов.

Со своей стороны считаю, что Правительство должно здесь в максимальной степени вам помогать.

По фонду содействия развитию социальной инфраструктуры я в целом ещё раз хотел бы сказать: эта идея была сформулирована, и я не уверен, что она может быть моментально реализована, но в целом я считаю, что если мы подобный фонд создали для ЖКХ, то можно подумать и о социальной инфраструктуре. Во всяком случае, Правительство могло бы эту тему проработать, и я хочу, чтобы Министерство экономического развития вместе с другими ведомствами её проработало и мне представило свои предложения.

Здесь также упоминался специальный документ о квотировании рабочих мест. Сейчас об этом довольно много говорят. Идея достаточно сложная, но тем не менее я хотел бы тоже, чтобы Правительство её проработало.

И последнее из того, что звучало, по Чебоксарскому водохранилищу, потому что остальные темы были откомментированы, я поручения по этому вопросу дам, обязательно мы к этому вернёмся.

Уважаемые коллеги! Я ещё раз хотел бы вас поблагодарить за участие в совещании, считаю, что оно было полезным, предметным, и рассчитываю на то, что в таком ключе мы и дальше будем работать.

До встречи.

14 мая 2009 года, Киров